Пастор-богослов: Размышления о служении Джонатана Эдвардса

Материал из БиблейÑ�кие книги и проповеди

(Различия между версиями)
Перейти к:навигация, поиск
Pcain (Обсуждение | вклад)
(Новая страница: «{{info|The Pastor as Theologian}}<br> ''Конференция церкви «Вифлеем» для пасторов<br>'' ''15 апреля 1988 г., Джон ...»)
Следующая правка →

Версия 18:46, 19 октября 2011

Похожие ресурсы
Ещё Автор John Piper
Индекс авторов
Ещё О нас Биография христиан
Тематический указатель
О переводе
English: The Pastor as Theologian

© Desiring God

Share this
Наша миссия
Перевод опубликован Gospel Translations -Переводы Евангелия, религиозной Интернет-службой, бесплатно распространяющей тексты на темы Евангелия во всех странах и на всех языках.

Узнать ещё (English).
Как Вы можете помочь
Если Вы знаете английский, работайте с нами некоммерческим переводчиком

Узнать ещё (English).

Автор John Piper О нас Биография христиан
Часть серии 1988 Bethlehem Conference for Pastors

Переводчик Desiring God


Конференция церкви «Вифлеем» для пасторов
15 апреля 1988 г., Джон Пайпер

Тема моего выступления – «Пастор-богослов или размышления о жизни и служении Джонатана Эдвардса ». Одна из книг Эдвардса, написанная в далеком 1742 году, была недавно переиздана с предисловием Чарльза Колсона. Он пишет:

Западной церкви, во многом отпадшей, поддавшейся влиянию мирской культуры и зараженной вирусом «дешевой благодати», крайне нужно услышать голос Эдвардса… Убежден, что молитвы и труд тех, кто любит и слушается Христа в нашем мире, обязательно превозмогут, так как они несут в себе слово и дух такого человека, как Джонатан Эдвардс.

Предполагаю, что вы относитесь к числу тех, кто любит и слушается Христа, и страстно желаете, чтобы ваши молитвы и труд одержали победу над неверием и злом в ваших церквах, в вашей округе, а со временем и во всем мире. И я думаю, Колсон прав, когда говорит, что у Эдвардса есть нечто полезное для нас, оно очень помогло бы нам, причем не только в его богословии, но также в его жизни как пастора-богослова.

Настоящий Джонатан Эдвардс

Большинство из нас не имеет представления о настоящем Джонатане Эдвардсе. Давайте вспомним из средней школы уроки английского языка или американской истории. В учебниках был всего один маленький раздел либо о пуританах, либо о Великом пробуждении. И что в нем было написано? Мой старший сын сейчас в девятом классе, и в его учебнике по американской истории всего один параграф о Великом пробуждении, который начинается примерно так: «Великое пробуждение было коротким периодом сильного религиозного переживания в 30-40-е годы XVIII столетия, вызвавшего раскол многих церквей».

А Джонатан Эдвардс для многих учебников – не более чем хмурый возмутитель спокойствия в церквах в дни религиозного пыла пробуждения. И в качестве примера того, что представляет собой пуританство последних дней, нам приводят отрывок из его проповеди «Грешники в руках разгневанного Бога», что-то наподобие следующего:

Бог, Который держит тебя в Своей руке над бездной ада, как держат над огнем паука или какое-нибудь мерзкое насекомое, питает отвращение к тебе и страшно разгневан: Его гнев пылает, как огонь, Он смотрит на тебя, как на ничтожество, достойное лишь того, чтобы быть брошенным в огонь. Чистым очам Его несносно смотреть на тебя, ты в тысячи раз более отвратителен для Его очей, чем самая отвратительная ядовитая змея для нас.

И у детей складывается мнение об Эдвардсе, как о мрачном, угрюмом, болезненном, возможно даже патологическом мизантропе, который разражается своими абсурдными религиозными речами наподобие того, как некоторые разражаются бранью.

Но ни одному школьнику из средней школы никогда не предлагали поразмыслить над тем, над чем мучился Эдвардс как пастор. Когда читаешь проповедь «Грешники в руках разгневанного Бога» (которую можно найти в двухтомном собрании его сочинений издательства Banner of Truюh), сразу видишь, что такими «речами» Эдвардс «разражался» отнюдь не случайно. Как пастор он мучительно искал способ донести до своих слушателей ту реальность, какую видел в Писании и которую он считал бесконечно важной для них.

И нам, пасторам, вместо того чтобы с презрением отворачиваться от образного языка Эдвардса, лучше бы крепко задуматься над тем, каким образом мы сами доносим до наших слушателей суровость реальности Откровения 19:15. Эдвардс застыл перед этим местом Писания в благоговейном трепете. Он в буквальном смысле застыл в изумлении перед тем, что там увидел. Иоанн пишет в этом стихе: «Он топчет точило вина ярости и гнева Бога Вседержителя».

Вот послушайте, как комментирует Эдвардс это место в своей проповеди:

Слова эти не просто страшные, они жутко страшные. Если бы просто было сказано: «точило вина гнева Божия», и то это подразумевало бы что-то бесконечно ужасное, но здесь мы читаем: «точило вина ярости и гнева Божия»! Ярости Иеговы! О, как жутко и страшно должно быть это! Кто может выразить или хотя бы даже представить себе, что могут содержать в себе подобные слова?

Какому школьнику и когда предлагали задуматься над тем, о чем идет здесь речь на самом деле? Если Библия истинна, и если она говорит, что однажды Христос будет топтать Своих врагов, как топчут вино в точиле, притом с гневом неистовым и всемогущим, и если вы как пастор облечены ответственностью донести библейскую истину до вашей паствы с тем, чтобы она избежала грядущего гнева, то тогда каким же будет ваш язык? Что вы будете говорить людям, чтобы заставить их ощутить реальность, стоящую за стихами, подобными этому?

Эдвардсу очень трудно было подбирать слова, образы и метафоры именно по той причине, что его ошеломляли и приводили в благоговейный трепет те реальности, которые он видел в Библии. Вы слышали его вопрос, который я только что процитировал вам: «Кто может выразить или хотя бы даже представить себе, что могут содержать в себе подобные слова?» Эдвардс считал, что переоценить весь ужас реальности ада просто невозможно.

Хорошо бы учителям средней школы хотя бы иногда задавать своим ученикам по-настоящему острый вопрос: «почему так получается, что Джонатан Эдвардс старался подбирать такие образы для выражения гнева и ада, которые шокируют и пугают, тогда как современные проповедники пытаются находить для своих проповедей такие абстракции и иносказания, которые, наоборот, уводят от конкретных, осязаемых библейских образов неугасимого огня, неумирающих червей и скрежета зубов?» Если бы нашим ученикам задавали бы этот простой исторический вопрос, то мое предположение, что некоторые из более смышленых ответили бы на него так: «потому что Джонатан Эдвардс по-настоящему верил в ад, тогда как большинство сегодняшних проповедников в него не верят».

Однако никто никогда не предлагал нам серьезно отнестись к Эдвардсу, и поэтому большинство из нас попросту не знает его. Большинство из нас понятия не имеет о том, что он знал свое небо даже лучше, чем свой ад, и что его представление о славе было настолько же притягательным, насколько отталкивающим было его представление о суде.

Большинство из нас даже не догадывается о том, что сейчас и мирские, и евангельские историки одинаково рассматривают его как величайшего протестантского мыслителя из тех, которых когда-либо дала миру Америка. Вряд ли что-то более глубокое когда-либо было написано по вопросу о высшей власти Бога и подвластности человека, чем его труд «Свобода воли».

Большинство из нас не знает, что он был не только факелом Божьим, зажегшим огонь Великого пробуждения, но также его наиболее глубоким исследователем и критиком. Его книга под названием «Религиозные чувства» раскрывает природу человеческой души с такой неизменной заботой и библейской прямотой, что и два столетия спустя она все еще сокрушает сердце впечатлительного читателя.

Большинство из нас не знает, что Эдвардс был движим большим желанием увидеть миссионерское дело церкви завершенным. Трудно даже сказать, оказал ли Эдвардс большее влияние на потомков своими теологическими исследованиями о свободе воли, природе истинной добродетели, первородного греха и истории искупления, или же своим миссионерским рвением и произведением «Жизнь Давида Брейнерда».

Знает ли кто-либо из нас о том невероятном факте, что этот человек, прослуживший в течение 23-х лет пастором церкви из 600 членов в маленьком городке, затем миссионером для индейцев в течение 7-ми лет, который воспитал 11 верных детей, работавший без электрического освещения, литературных редакторов, электронной почты, иногда даже не имея достаточно бумаги, чтобы писать свои труды, дожил только до 54-х лет и умер, оставив библиотеку всего в 300 книг, – что этот человек стоял у истоков одного из самых больших пробуждений современности, написал богословские труды, не потерявшие свою актуальность через 200 лет, и сделал больше для миссионерского движения того времени, чем кто-либо из его современников?

Его жизнеописание молодого миссионера Давида Брейнерда оказалось бесценным по своему влиянию на современное ему миссионерство. Почти сразу же по его прочтении оно возбуждало дух у великих первопроходцев Божьих. Гидеон Хоули, один из миссионерских протеже Эдвардса, всегда носивший эту книгу в своей сумке, в 1753 году (еще при жизни Эдвардса), когда напряжение становилось почти непереносимым, писал: «Я нуждаюсь, очень нуждаюсь в чем-то большем, чем подкрепление от человека. Я читаю Библию и «Жизнь Брейнерда » – единственные книги, которые ношу с собой, и только от них я получаю некоторое подкрепление».

Джон Уэсли выпустил в свет сокращенное издание «Жизни Брейнерда» в 1768 году, через десять лет после смерти Эдвардса. Он не соглашался с кальвинизмом Эдвардса и Брейнерда, но при этом сказал: «Найдите проповедников с духом Давида Брейнерда, и ничто не устоит перед ними».

Круг миссионеров, свидетельствующих о воодушевляющей силе «Жизни Брейнерда» в изложении Джонатана Эдвардса, шире, чем кто-либо из нас может себе представить. В него входит: Фрэнсис Эсбери, Роберт Моррисон, Сэмюэл Милс, Фредерик Шварц, Роберт Макчейни, Давид Ливингстон, Эндрю Маррей. А за несколько дней до своей смерти Джим Эллиот, замученный индейцами племени Аука, записал в своем дневнике: «Покаяние в гордости, о котором я прочитал вчера в «Дневнике» Давида Брейнерда, должно стать для меня ежечасным».

Таким образом, на протяжении 250 лет Эдвардс питал миссионерское движение своим «Жизнеописанием Давида Брейнерда». И Давид Брайант сегодня нисколько не скрывает того факта, что книга Эдвардса о принципах молитвы («Смиренная попытка») служит для него источником вдохновения для его собственного труда в рамках молитвенного движения за пробуждение и всемирную евангелизацию. Поэтому Брейнерда читают и знают вот уже два столетия. И идея Эдвардса об объединенной молитве получает свое второе дыхание в лице Давида Брайанта. Но кто знает человека, который написал эти книги?

Марк Нолл, который преподает историю в Уитоне и который много размышлял о труде Эдвардса, описывает эту трагедию так:

Со времен Эдвардса американские евангельские христиане не пускались в углубленные размышления о жизни, поскольку они утратили такую традицию. Благочестие Эдвардса нашло свое продолжение в традиции пробужденчества, его теология – в академическом кальвинизме, но так и не нашлось наследников его боговосхищенного мировосприятия или его глубоко теологической философии. Игнорирование мировосприятия самого Эдвардса в истории американского христианства можно считать трагедией (цитата из статьи «Джонатан Эдвардс, Нравственная философия и секуляризация американской христианской мысли», Журнал Реформистов (февраль 1983 г.): 26, курсив мой).

Круг моих собственных богословских исследований

Откровенно говоря, мне бы очень хотелось донести до каждого из вас, какой переворот произошел в моем мироощущении, когда я постепенно, шаг за шагом, начал проникать в это боговосхищенное мироощущение Эдвардса. Это началось на семинаре, когда я прочел «Заметки о Троице», потом «Свободу воли», а дальше «Диссертацию о цели, для которой Бог создал мир», потом «Природу истинной добродетели » и «Религиозные чувства».